иногда (вот сейчас)
я чувствую себя той эпизодической героиней сименона
которая «с удовольствием
показывала Мегрэ, наклоняясь, полоску кожи
(по воле переводчика, а вообще-то — голого тела)
между пижамными штанами и курткой»
не из-за полоски
а из-за того, что она, как заключил комиссар, осмотревшись в ее комнате
проводила время, валяясь с сигаретой на диване и слушая пластинки
я такой
я чувствую себя той эпизодической героиней сименона
которая «с удовольствием
показывала Мегрэ, наклоняясь, полоску кожи
(по воле переводчика, а вообще-то — голого тела)
между пижамными штанами и курткой»
не из-за полоски
а из-за того, что она, как заключил комиссар, осмотревшись в ее комнате
проводила время, валяясь с сигаретой на диване и слушая пластинки
я такой
(кажется, это впрочем, два разных персонажа — та, что с полоской, и та, что с пластинками —
но полюбил я их обеих
с первого взгляда
и с обеими обнаруживаю в себе родство
и сходство)